Владимир ТОЛСТОЙ 0 226

Татьяна Громова: «Обнажать душу считалось неприличным для девушки»

Автор книги с жизнеописаниями знаменитых симбирянок делится секретами своей творческой и научной работы, а также представлениями о женском счастье.

Владимир Толстой / АиФ

Татьяна Громова, старший научный сотрудник краеведческого музея, написала, пожалуй, единственную в нашем регионе книгу с жизнеописаниями женщин Симбирской губернии.

Накануне Международного женского дня она поделилась секретами своей творческой и научной работы, а также представлениями о женском счастье.

Явление природы

В. Толстой: Татьяна Алексеевна, в музее вы являетесь сотрудником отдела природы, а книги пишите исторического содержания. Причём одна из последних работ посвящена симбирянкам. Считаете ли вы, что женщина – явление природы?

Т. Громова: Конечно! Но не только женщина. Мужчина тоже природное явление. Только созданы они по разным меркам, по разным лекалам. Женщина более эмоциональна, более чутко относится к движениям души, может быть, более ответственно относится к своему предназначению. Я, например, начала заниматься научной работой только после того, как был завершён основной этап создания семьи. До этого на воспитание ребёнка уходило всё свободное время, и только когда дочь подросла, стала более самостоятельной, у меня появились свободные вечера, и работа над научными трудами перестала мешать семейным делам. Сейчас многие молодые женщины спешат сделать карьеру и рискуют упустить время, предназначенное для создания семьи, а потом это не всегда и не у всех получается. Хотя многие женщины в России находят в себе силы и энергию успевать везде.

– В вашей последней книге собраны жизнеописания женщин, живших в XVIII и XIX веках. Как по вашему, изменились женские характеры с той поры, их отношение к семейным ценностям?

– Полагаю, что с античных времён и до наших дней глубинная суть женщины принципиально не изменилась. Меняется общество, меняются нравы, меняется отношение к женщине… В 2014 году у меня вышла книга об ульяновских нотариусах, и подавляющее большинство из них – женщины. А в XIX веке женщин в России вообще не принимали на службу – разве что стенографистками или машинистками – да и то лишь в конце столетия. Поэтому непросто было собрать материалы для книги о женщинах той эпохи. Мужчины служили, и в формулярных списках сохранились данные об их карьерах и наградах. И информация о женщинах, какими бы заметными личностями они ни были, осталась только в чьих-то воспоминаниях, письмах, их собственных дневниках, газетных заметках. Например, мать художника Валентина Серова, Валентина Семёновна, была неординарной личностью – первой в России женщиной-композитором. Когда в 1892 году в стране начался голод, она посетила Льва Толстого и после беседы с ним решила посвятить себя помощи неимущим и страждущим. Приехала в беднейшее село Судосево Симбирской губернии, на свои средства организовала столовую, создала там оперную труппу из крестьян, с которой выезжала на гастроли по всей России. Крестьян этого села она поддерживала вплоть до революции 1917 года. Неординарные женщины, способные преодолеть рамки своей эпохи, были во все времена.

1. Камилла Ивашева-Ледантю. 2. Наталья Степанова-Шевченко. 3. Мария Амбразанцева-Нечаева. 4. Женщина-авантюристка – княгиня Радзивилл. Коллаж АиФ

Такие разные…

– В вашей книге восемнадцать женских персон. Но интересных личностей было наверняка больше. По какому принципу вы выбрали именно этих женщин?

– Это те, что показались мне наиболее интересными, о ком сохранилось больше иллюстративного материала и подробностей биографии. Исключила учителей и женщин, занимавшихся политикой, – о них многие писали до меня. Впрочем, одна дама, занимавшаяся политикой, в книге всё-таки есть – грузинская княжна Тамара, бывшая фрейлина императрицы, сосланная в Симбирск за участие в заговоре 1829 года за независимость Грузии. Есть у меня и женщина-авантюристка – княгиня Радзивилл. Есть, как сейчас говорят, «бизнесвумен» – графиня Александра Фёдоровна Толстая из села Старая Зиновьевка – ныне Новый Дол. Есть музы поэтов, есть одна из первых женщин-поэтов – Анна Наумова…

Досье
Татьяна Громова. Родилась в селе Карлинское Майнского района. Заслуженный работник культуры Ульяновской области. Окончила МГПИ – естественно-географический факультет. В краеведческом музее работает с 1978 года. Автор книг «Городской Голова Афанасьев Леонид Иванович», «Историческая хроника нотариата Симбирской губернии», «Яблоневое царство». Награждена областной премией журнала «Мономах» и премией им. С.Л.Сытина.

– Разве женщины раньше стихов не писали?

– Это считалось просто неприличным, особенно для незамужних барышень. Обнажать чувства было всё равно, что обнажать тело. Например, известной поэтессе Евдокии Ростопчиной родители позволили писать стихи только после замужества, при этом главным цензором должен быть муж. Она, конечно, писала, но исключительно под псевдонимом. И Анна Наумова писала тоже под псевдонимом, хотя в узком кругу местного дворянства все прекрасно знали подлинное имя автора. Причём писала она стихи патриотического содержания в былинном стиле. Но в итоге она «удостоилась эпиграммы:

Сегодня платье, завтра блуза,

Отбою нет от женихов.

Ищи с умом союза,

А не пиши стихов.

Теперь, конечно, отношение к женщине изменилось, она стала более свободной в выборе жизненного пути. Общественному осуждению подвергалось движение феминисток, и одними из первых в России были симбирянки – Ивашевы, Трубниковы и другие.

Нужна ли женщине свобода?

– Может быть, в традиционном домострое всё-таки было какое-то рациональное зерно? Не только тёмные стороны…

– Я вовсе не считаю, что женщина должна быть оторвана от семьи. Более того, считаю, что большинство современных женщин реализует себя не в карьере, не в бизнесе, не в политике, а именно в семье. Просто те, кто делает карьеру, более заметны, и поэтому кажется, что они преобладают. На самом деле это не так. Многие из моих коллег, знакомых, даже моя дочь карьеру делать не рвутся, посвятив себя семье.

– Среди ваших героинь есть дамы, которые к Симбирску слишком близкого отношения не имели. Как им удалось оказаться в вашем списке?

– Важна не только роль, которую сыграл Симбирск в судьбе женщины, но и роль женщины в истории города. Аврора Карловна Карамзина подарила Симбирску кованую ограду, которая до сих пор стоит вокруг памятника Николаю Михайловичу Карамзину, прожила очень достойную жизнь, много занималась благотворительностью…

– Нет желания продолжить работу и в перспективе расширить список?..

– У меня есть несколько статей о женщинах, которые не вошли в книгу. Например, о медсестре Татьяне Мотовиловой, которая прошла две мировые войны, в первую – волонтёром на фронте, во вторую – в симбирском госпитале. Но я для книги отобрала тех, чьи судьбы меня особенно затронули. Например, чего стоит поступок Камиллы Ивашевой-Ледантю, которая разделила с мужем-декабристом судьбу ссыльного.

– Кстати, в те времена о Камилле ходили сплетни, будто матушка декабриста заплатила семье Ледантю большие деньги за то, чтобы они отправили дочь в Сибирь…

– Как следует из воспоминаний Ольги Булановой, внучки Ивашевых, отправиться к любимому в Сибирь – это было решение самой Камиллы. Она очень долго мучилась и боялась открыться даже собственной матери, что желает разделить судьбу декабриста. И только после того, как она начала чахнуть и болеть, мать с трудом добилась от неё объяснения истинных причин недуга. И только тогда она призналась, что влюблена в Василия Ивашева, что переживает за его судьбу. Искренность любви ощущается и в письмах Камиллы, а Ивашев неоднократно писал ей, что стоит хорошо подумать, прежде чем решиться на такой шаг, что не считает себя вправе распоряжаться её судьбой. Он предупреждал, что условия жизни будут непростыми, и вовсе не настаивал на её приезде, хотя искренне этого хотел. А сплетни были всегда и по любому поводу…

По велению души

– Много ли времени и сил отняла работа над книгой?

– Эту книгу я писала не под заказ, так что могла позволить себе работать без спешки. Сначала это были отдельные очерки, которые публиковались в различных журналах.

– Почти все ваши героини либо чего-то в жизни добились, либо сделали что-то неординарное. А были ли они счастливы?

– Например, Мария Амбразанцева-Нечаева прожила подвижническую, практически монашескую жизнь, организовала общину во имя Христа Спасителя в селе Новоспасское, ухаживала за детьми-сиротами, больными костным туберкулёзом… И она была счастлива тем, что помогает людям. Валентина Серова посвятила себя благотворительности, и не думаю, что она занималась бы этим, если бы такая жизнь не приносила  ей удовлетворения. Простая крестьянская девушка Наталья Степанова-Шевченко, вышедшая замуж за суконного фабриканта из села Языково, обрела не только семейное счастье, но и возможность реализовать себя в творчестве, став оперной певицей. Муж дал ей возможность учиться в Италии и покорить своим голосом не только Россию, но и другие страны. Она пела и с Шаляпиным, и с Собиновым. Конечно, она была счастлива. Поэтесса Анна Наумова так и не создала своей семьи, получила тяжёлую травму на конной прогулке, но она нашла счастье в заботе о девушках-сиротах, растила их, обеспечивала приданым, потратив на это всё своё состояние. Но она делала то, что подсказывала ей душа. Разве это не счастье? И для меня счастье – это не только семья, но и любимая работа.


Оставить комментарий
Вход
Комментарии (0)

  1. Пока никто не оставил здесь свой комментарий. Станьте первым.


Все комментарии Оставить свой комментарий

Как вы оцениваете итоги выборов в областное ЗС?

Самое интересное в регионах