Владимир ТОЛСТОЙ 0 76

Самсониха. «Железная леди» ассенизаторской конторы

31 год эта женщина руководила очисткой нашего города

1) Вид с Волги на загадочное строение (слева); 2) Евдокия Самсонова (справа).
1) Вид с Волги на загадочное строение (слева); 2) Евдокия Самсонова (справа). © / Из архива

Евдокию Михайловну Самсонову современники называли «обломком военного коммунизма». Форму одежды она не меняла – всегда ходила в отутюженной гимнастёрке и начищенных сапогах. Более 30 лет она была начальницей ассенизационной службы.

Эти руины можно наблюдать с двух точек – либо с Волги от южной окраины правобережного грузового порта, либо с путепровода между улицами Локомотивной и Кирова. Строение из красного кирпича, построенное, вероятно, в конце XIX века, именуемое «башней на Самсонихе», до сих пор является загадкой для краеведов. Один из них, Антон Шабалкин, предполагает, что это были первые в Симбирске очистные сооружения.

Зловещее место

На плане Симбирска 1898 года на этом месте обозначено только «больничное кладбище», так что загадочное строение вполне могло быть кладбищенской часовней. Вообще-то, овраг Самсониха считается едва ли не самым зловещим и окутанным легендами местом в нашем городе. Мало того что к северу от него располагалось ещё два кладбища, так одни исследователи предполагают, что именно здесь в 1918 году власти обосновавшегося здесь Комитета Учредительного Собрания расстреливали не успевших скрыться большевиков, другие утверждают, что в 20-годы уже большевики на этом месте расправлялись с «недобитой контрой». Зато достоверно известно, что именно сюда предположительно с середины 20-х годов прошлого века сбрасывались городские нечистоты. Овраг получил своё прозвище по фамилии женщины, которая возглавляла городскую ассенизационную службу с 1931 по 1962 год. Евдокия Михайловна всегда ходила в отутюженной гимнастёрке и начищенных хромовых сапогах. Канализация в городе развивалась медленно, особенно после того, как в 1928 году Ульяновск перестал быть центром губернии. Тогдашние коммунальщики забирали нечистоты из выгребных ям, грузили их в огромные бочки на конской тяге и свозили в специально отведённое место на городской окраине, которое тогда называли Стрижев овраг.

К тому же их бессменная начальница Самсонова временами добивалась повышения их жалованья, поскольку ясно понимала, что за скромное вознаграждение терпеть въедающийся в одежду запах нечистот никто не будет. К тому же сами обстоятельства заставляли работать «по-стахановски». По информации краеведа Ивана Сивопляса, если к моменту её вступления в должность в «ассенизаторском обозе» было семьдесят бочек и шестьдесят лошадей, то к середине 30-х годов лошадей осталось всего 22, а число бочек упало до шестидесяти. Конечно, параллельно развивалась и канализация, но город рос ещё быстрее, и число клиентов на обслуживании возчиков-ассенизаторов на это время выросло на 13 тысяч человек.

Железной рукой «Самсониха» поддерживала трудовую дисциплину. За появление на работе в нетрезвом виде следовало немедленное увольнение. Зато по праздникам в ассенизаторской конторе устраивались «корпоративы» за счёт предприятия для всех сотрудников.

Карьеры не делала

Ассенизаторские обозы, кстати, использовались и в качестве общественного транспорта. В большие бочки впрягали двух лошадей. На одной из них ехал возница, на вторую забирался пассажир, а иногда и не один. Возможно, этот факт заставил Евдокию Михайловну в 1935 году съездить в Москву, где она добилась встречи с младшей сестрой своего вождя мирового пролетариата Марией Ильиничной Ульяновой и при её содействии «выбила» для города два новеньких автобуса.

Кстати
Ассенизаторы в начале 30-х годов прошлого века считались чуть ли не элитой рабочего класса, и платили им за работу по тем временам очень неплохие деньги.

В 1937 году её даже назначили руководить всем городским коммунальным хозяйством, но времена пошли сложные и опасные, и Евдокия Михайловна прекрасно понимала: чем выше сидишь, тем больнее падать. Так что вскоре она решила, что делать карьеру – себе дороже и попросилась на прежнюю должность. Может быть, это и спасло её от того, чтобы не стать жертвой сталинских репрессий, и её трудовая биография была отмечена только наградами. В 1945 году контора по очистке была отмечена переходящим красным знаменем, двумя медалями и знаком отличника Министерства коммунального хозяйства РСФСР. А в январе 1962 года «за долголетнюю безупречную работу и в связи с уходом на пенсию» Евдокию Михайловну ещё и почётной грамотой наградил Ульяновский облисполком. Кстати, на пенсию она вышла в возрасте 66 лет, хотя могла это сделать одиннадцатью годами раньше. Более того, выйдя на пенсию, отказалась от положенных ей персональных доплат и жила на 72 рубля, объяснив этот поступок простыми и ясными словами: «Я коммунист, я не могу…». Прожила Евдокия Михайловна Самсонова 92 года и не стало её 6 августа 1988.

Впрочем, в городской топонимике имя её увековечено не официально – народным названием оврага и прилегающего к нему пригорка. Может быть, городским властям стоит задуматься, чтобы и одну из улиц назвать её именем?

Оставить комментарий
Вход
Комментарии (0)

  1. Пока никто не оставил здесь свой комментарий. Станьте первым.


Все комментарии Оставить свой комментарий

Кто виноват, что оплата ОДН за электроэнергию выросла?